НАРУШИЛ МОЛЧАНИЕ: ОТЕЦ МЕГАН МАРКЛ ВПЕРВЫЕ...

ПРИНЦ ГАРРИ ПРЕПОДНЕС МЕГАН ОЧЕНЬ ЦЕННЫЙ...

СЕКС (УЖЕ НЕ) ПРОДАЄ АБО ЩО РОБИТИ З СЕКСИЗМОМ В...

ЭЛЕГАНТНАЯ КЕЙТ МИДДЛТОН ПОЯВИЛАСЬ НА СВАДЬБЕ...

ROYAL STYLE: ЯК ОДЯГАЮТЬ КОРОЛІВСЬКИХ ДІТЕЙ У...

Что во мне есть от женщины?

Тамара Злобина рассуждает о роли женщины в обществе на примере польско-украинской выставки феминистического искусства

11 декабря 2015

С 19 ноября по 21 декабря в Центре визуальной культуры в Киеве проходит польско-украинская феминистская выставка «Что во мне есть от женщины?». Искусствовед и философ Тамара Злобина эксклюзивно на elle.ua рассказывает, на какие работы следует обратить внимание и о чем вообще нам всем стоит задуматься.

Назвав выставку «Що в мені є від жінки?», кураторка Оксана Брюховецкая провоцирует ряд интересных вопросов. Кто я? Женщина? А кто такая женщина? Дальше мы как бы знаем ответ, еще с тех времен, когда мальчики в голубом, а девочки в розовом, бегать и пачкаться нельзя, ведь «ты же девочка», нужно помогать маме и мечтать о принце. Сколько женщин не улетели в космос только потому, что в детстве им рассказали, что на самом деле «должна делать женщина». Хотя, женщина… и должна? Разве мы что-то кому-то должны? Ведь все знают, что «чего хочет женщина, того хочет Бог»! За каждым успешным мужчиной стоит женщина. И вообще, у нас матриархат, как в украинской пословице: «чоловік голова, а жінка – шия». Или все же наоборот – «мужчины поставили женщину на пьедестал, чтобы было удобнее заглядывать под юбку»? Кстати, а у мужчин может быть что-то от женщины? «Ведешь себя как баба» - это когда устраиваешь истерику, или когда проявляешь эмпатию?

В этих вопросах сложно разобраться, ведь гендерная роль – это сумма представлений общества о том, что человек должен или должна делать в зависимости от своего пола. Мы впитываем эти представления с детства – в семье, школе, институте, из книг, фильмов, новостей, интернета и рекламы… Они формируют нашу картину мира. Но, с другой стороны, все мы разные и с различными судьбами. Кому то учительница математики говорила «девочки, учиться нужно хорошо, но главное удачно выйти замуж». А кому то наоборот «учите математику, а то будете всю жизнь полы мыть». Мы сами выбираем, как нам исполнять гендерную роль, какой именно женщиной быть (умная теоретическая фраза «гендер это перформатив» именно про это). Но, независимо от нашего личного выбора, гендерные представления и стереотипы – это тот фон, в котором нам приходиться жить. Как ландшафт – одно дело жить на теплом юге, и совсем другое – в холодных заснеженных горах. Если приводить пример из современных украинских реалий, женщины-военные из проекта «Невидимый батальон» рассказывают, что при каждой смене дислокации им приходится заново доказывать сослуживцам и командирам, что женщина может воевать и что ее место не «на кухне». То есть постоянно, и так пребывая в опасных обстоятельствах, тратить свой личный ресурс еще и на борьбу с гендерным стереотипом.

Это все к вопросу о том, кто же формирует наши представления о нас самих? Во времена патриархата только мужчины имели право получать образование и профессионально работать – быть художниками, писателями, преподавателями, философами... То есть, на протяжении нескольких тысячелетий только мужчины могли создавать представления о мире и о женщине. Существует теория, что женщинам нужно создавать свой язык с нуля, ведь вся история мировой культуры – это история мужчин (с небольшими исключениями из правила). Начиная с конца ХІХ века, женщины именно этим и занимаются. В 1970х годах в США и странах Европы был настоящий бум феминистического искусства. Художницы трансформировали сам взгляд на мир и способ говорить о нем, изменили представления об искусстве как таковом, включив в него перформанс, рукоделие, проекты, которые концентрируются на процессе и его символическом смысле, а не на конкретном результате (красивом произведении), и часто превращали собственные выставки в политические манифесты. В таком подходе таится огромный потенциал, ведь искусство – один из самых честных и свободных видов человеческой деятельности. Если уж что и может разрушить наши привычки и изменить ход мыслей, так это встреча с таким непредсказуемым и не до конца постижимым искусством, которое может вначале очень даже не понравиться, но вспоминаться потом будет долго.

На выставку «Що в мені є від жінки?» не стоит идти, ожидая, что женское искусство это что-то типа ангелочков Евгении Гапчинской, нежное и с рюшами. Стоит ждать крови и мяса, резких вопросов, рекомендации 18+ - и совершенно нового разговора о любви и близости.

Невидимая история

Первое, что привлекает внимание на выставке, это портреты Евы Юшкевич. В них мы узнаем то, что не один раз видели в музейных залах – благородных дам в роскошных платьях. Не сразу замечаешь, что вместо лиц у дам – волосы, уложенные в красивые прически. Так художница подчеркивает, что единственное, что мы знаем о дамах с картин – что они женщины своего сословия, чьи то жены или дочери. Они не изобрели печатный станок и не выиграли какую-то битву. О чем они думали, были ли счастливы в своих шелках и кружевах? История умалчивает.

С этой же темой играет украинская художница Ксения Гнилицкая. В характерной для нее манере современной живописи, Ксения изображает «Сон Марьи Ивановны», в котором смотрительница музея очутилась в картине, а благородная дама – на месте смотрительницы. За милой шуткой стоит горькая правда жизни – художница уравнивает непрестижный и низкооплачиваемый труд смотрительницы и судьбу принцессы, указывая, что обе эти роли направлены на обслуживание, а не на созидание.

В истории женщин есть еще немало проблематичных эпизодов. Бытовая невидимость – не самая драматичная из них, хотя именно из-за нее мы, как общество, на самом деле очень мало знаем о женских проблемах. Специалисты говорят, что всю статистику о изнасилованиях и бытовом насилии нужно умножать в несколько раз – жертвы не обращаются в органы власти, которые неспособны их действенно защитить. Гендерно обусловленное насилие до сих пор «скользкая» тема (кстати, как раз сейчас во всем мире проходят 16 дней борьбы с гендерным насилием, а в Украине продолжается акция «Talk About Violence». С 25 ноября по 10 декабря женщины пользуются ярко-красной губной помадой, фотографируются и публикуют фото на своих страницах с хештегами #‎redmylips‬ #‎talkaboutviolence‬ #‎stopviolenceagainstwomen‬ #‎16days‬.

О том, как говорить о самом неловком и проблематичном – видео Анны Баумгарт «Спелые вишни». Сюжет базируется на истории о борделях в нацистских концентрационных лагерях. Работать там принуждали заключенных, но и клиентами тоже могли быть заключенные. После освобождения клиенты получили статус национальных героев, а принужденные к секс-работе женщины – только презрение. Художница использует театр и метод семейных расстановок по Хеллингеру, чтобы разобраться с темой, о которой очень мало информации, и справиться с травмой, скрытой глубоко в подсознании общества.

Непокорное тело

Кому принадлежит женское тело? Миру рекламы, глянца и моды, который навязывает нереалистичные стандарты красоты и толкает женщин к серьезным психологическим расстройствам, таким как булимия и анорексия? Об этом в поэтическом видео Грици Эрде, а также брутальной работе Алины Клейтман. Обе пытаются избавиться от навязанных стандартов в достаточно физиологический способ, подчеркивая, насколько глубоко гендерные представления могут проникать в наше тело и калечить его.

Другое тело показывает Анка Лесняк. В видео-календаре она фиксирует бытовые моменты жизни женщины на протяжении месячного цыкла – еду, уход за собой, поездку на роботу, психологические состояния. За простотой картинки и стебом с культа тела скрывается огромный смысл – мы видим все то, что не показывает реклама, но с чем мы живем. Ногти, морщины, трещинки на губах, волосы на ногах, немытую посуду… Сначала видео не впечатляет, по через несколько минут замечаешь его терапевтический эффект. Увидев чьи-то небритые волосы, спокойнее относишься к своим, и начинаешь понимать, что очень многие «обязаловки» в уходе за телом – на самом деле лишь твой выбор.

Наверное, наиболее эффектны на выставке две «вагинальные» работы. В век расцвета порноиндустрии само по себе изображение половых органов никого не удивит. Но то, что художницы сделали со своим «материалом», имеет совершенно другое значение. Ивона Демко создает целый культ вагины (она даже защитила докторскою диссертацию, создав скульптуру «Часовня вагины»). Ее скульптуры из текстиля милые и няшные, они воспевают женский «цветок» сам по себе, его красоту и изящество. Казалось бы, зачем? Ответ, опять же, в истории человечества. В эпоху монотеистических религий большинство женских божеств забыто, женское тело длительное время считалось грязным, «сосудом дьявола», а почитаемые женские фигуры христианства начисто лишены сексуальности. Работа художницы – о возвращении к естественному порядку вещей и принятию телесности и циклов женщины. А также – об утверждении женского начала в публичном пространстве, переполненном фаллическими символами, ведь любой обелиск, монумент, и даже небоскреб можно интерпретировать именно так. Кстати, ради утверждения женского начала стоит сделать #‎вагінаселфі‬.

Алисия Жебровская умудрилась дать глаза самому загадочному и интимному женскому месту. Для феминистического движения это знаковий жест – критика кино и других визуальных искусств построена на том, что в них женщина всегда объект потребления, на который смотрит субъект-мужчина. Мужчины действуют, женщины создают красивый фон. Об этом еще в 1968 году пыталась сказать Вали Экспорт в перформансе «Генитальная паника». Художница заявилась в кинотеатр с вырезом на штанах в самом интересном месте, и прошлась по рядам с этим разрезом на уровне глаз зрителей. Так Экспорт пыталась приблизить объект визуального потребления к зрителю, лишив последнего безопасной дистанции. Жебровская своеобразно повторяет этот жест. На видео 1995 года она рожает глаз – символическую субъектность женщины, которая способна смотреть в ответ. Кстати, стоит заметить, что в польском искусстве пост-социалистического периода выделяют уже три поколения феминистического искусства. Украинские художницы стали создавать яркие феминистические работы только в 2000х годах, одной из первых стоит назвать видео «Хроники от Фортинбраса» 2001 года Оксаны Чэпэлык.

Близость

Из критического взгляда на мир (или вагинального взгляда, как у Жебровской) рождаются совершенно новые представления о равенстве и близости. Видео Зузанны Янин «Поединок» представляет ее бесконечный спаринг с известным боксером-тяжеловесом, похожий на танец. Художница четыре месяца тренировалась при подготовке к этой работе, и на видео выглядит равной своему противнику-партнеру. Удары и движения по рингу представляют своеобразный контакт, метафору общения двух личностей, которые уважают друг друга и привносят в жизнь другого что-то новое, заставляют реагировать и мобилизироваться. Это видео – не о борьбе полов, а о коммуникации, которая бывает результативна только при желании настоять на своем. Согласно гендерным стереотипам, мужчина должен бесконечно доминировать, а женщина – бесконечно подчиняться. Ведичиские «психологи» настаивают, что именно в этом истинная суть общения мужчины и женщины. Но это также и ситуация бесконечной скуки. В поединке Сюзанны Янин оба дают и принимают, оба равны, возбуждены – и по настоящему живы.

Оксана Брюховецкая создала фото-поэму о почти неуловимом моменте истинной близости между мужчиной и женщиной. В момент засыпания, между сном и бодрствованием, когда пара обнимается и нежно прижимается друг к другу максимально большой поверхностью кожи, мы не действуем и нас никто не видит. Отсутствие действия и взгляда со стороны, уязвимость тела, которое спит, делают мужчину и женщину идеально равными, возвращают в какое-то состояние «до социума», где нет никаких ожиданий и стереотипов. Эта работа также о самом прекрасном, что может быть между мужчиной и женщиной – о доверии и взаимном тепле, которые необходимы для близости. И о том, что настоящая близость получается только между равными, или, наоборот – именно человеческая близость уравнивает нас.

Другое

Еще одна интерпретация человеческого тела – в перформансе и инсталляции Ирины Кудри. Художница создала настенную полочку с отверстием для шеи, и во время открытия стояла, символически разделив собственное тело на две части – голову и туловище, «статусный» разум и что-то животное, что, при всем культе тела, мы на самом деле не уважаем, как и чувства, которые считаем нерациональными. Визуализировав этот подход, художница стремиться к целостности, гармоничному сочетанию разных частей человеческой сущности и уважению ко всем сторонам личности – ведь голова без тела выглядит так же нелепо, как и тело без головы.

В роботах Урсулы Клуз-Кнопек и Алеки Полис гендерные стереотипы доведены до крайности. Обе художницы используют символы мужского и женского так, чтобы показать их условность, поверхностность для человеческой личности. Так они пытаются открыть пути для другого представления о человеке как таковом. Представленная художницами андрогинность – монструозна, их поиск выхода из тела – ужасающий как потеря себя. Но это честная метафора нового как всегда пугающего своей непредсказуемостью. Ведь суть нового в том, что у нас нет языка, чтобы его описать. Поэтому психика или общество, защищая свою стабильность, отвергает новое. Но без такой травмы неопознанного не бывает развития.

Именно это самое главное, ради чего стоит сходить на выставку. Она снимает общественный покров «женщина» и оголяет все другое. Зачем? Роды тоже нелицеприятное зрелище. Но именно они дарят миру новую жизнь.

О славе, сексе и красоте: 15 лучших цитат Энди Уорхола

Гид ELLE: где есть, жить и что смотреть в Барселоне

Travel-открытие: как разбились мои стереотипы о Харькове

Загрузка...