ФІЛЬМ ТИЖНЯ: ХАВ'ЄР БАРДЕМ ТА ПЕНЕЛОПА КРУС У...

СТАЛО ИЗВЕСТНО, ЧТО ЕЩЁ ПРИНЦ ГАРРИ ПОДАРИЛ...

ЗНАЙ НАШИХ: УКРАИНСКИЙ БАЛЕТНЫЙ ПРОЕКТ...

СВЕТЛАНА ЛОБОДА СТАЛА МАМОЙ ВО ВТОРОЙ РАЗ

ВИКТОРИЯ БЕКХЭМ РАССКАЗАЛА, ПОНРАВИЛОСЬ ЛИ ЕЙ...

Знакомьтесь, теперь вы мама

Виски с колой, afterparty и беспечный сон до полудня в одночасье превратились в отголоски прошлого. Вы – мама, теперь вы знаете, что невозможное возможно. Готовы познакомиться с новой версией себя? Садитесь поудобней и внимайте.

Становиться мамой я особо не планировала, я понимала, что рано или поздно со мной это произойдет, но то, что это рано или поздно настигнет меня столь скоропостижно, я уж никак не ожидала. Знаете, как это бывает: получите – распишитесь, вот ваш киндер-сюрприз, он будет жить с вами ближайшие лет 20. Не то чтобы я была человеком, у которого вся жизнь расписана по минутам вплоть до последнего вздоха, но извещение о таких форс-мажорах было бы определенно не лишним. В комплекте с материнством я получила еще много того, что в моих планах не числилось. Не планировала я обзаводиться растяжками на животе, которому, к слову, мне пока не удалось придать божеский вид, не планировала распрощаться со свободным временем, да кого я обманываю – со всем моим временем. Не планировала регулярно обнажать на публике грудь, пусть даже и одну, по первому хныку. Кто бы мог подумать, что экстремальные декольте незаменимы в гардеробе кормящей мамы.

Но больше всего я не планировала и, по правде сказать, боялась обнаружить перемены в своей голове. К моему огромному облегчению, другим человеком я не стала, хотя многие почему-то так не считают. Меня стали по-другому воспринимать еще во время беременности, как только мой живот наотрез отказался скрываться под необъятными разлетайками. Зря вы думаете, что обретая новый статус, женщина автоматически перестает понимать все прелести беспечной жизни. Мы по-прежнему говорим с вами на одном языке, только теперь с примесями материнского сленга.

Я все так же громко смеюсь, пью много кофе, люблю пошлые шутки и категорически отказываюсь взрослеть. Но теперь на многие вещи я смотрю иначе, не хуже, не лучше – просто совсем не так, как раньше.

Теперь мысли о болезнях и смерти заставляют трястись не только мои поджилки. Да в принципе я вообще о таком не думаю, но если вдруг наткнусь на серию Хауса или любое другое кино о больницах или катаклизмах, я начинаю ощущать, мягко говоря, некоторую встревоженность. Я всеми фибрами души надеюсь, что такая чудовищная ерунда ни за что на свете не приключится со мной и моими близкими.

Моим финансам теперь остается только петь романсы, хотя они и раньше на моем веку часто исполняли баллады. Просто мы с мужем больше не можем позволить себе прогулять все деньги. Нет, не такие «все», когда потом приходится менять доллары, а прямо все до копеечки. Так, чтобы на следующий день едва хватило на легкий завтрак и минералку, а до зарплаты еще неделя. Безрассудство, даже в таком невинном проявлении, отныне не для нас.

Жизнь по сценарию live fast die young мне весьма импонирует, но уже не подходит. Хорошая мама – это здоровая мама. До аюрведы дело пока не дошло, и со свининой я в очень теплых отношениях, но я больше не руководствуюсь принципом «обидно здоровой умирать», выкуривая вместо ужина пару-тройку сигарет (да простит меня Минздрав, но такая диета была более чем эффективной).

Секс – это теперь не только увлекательное занятие, которое сделало меня мамой, но и некое действо, которое когда-нибудь превратит меня в бабушку. Тема близости никогда не вызывала у меня неловкости: в моей семье не принято списывать прирост населения на коварных длинноногих птиц, и все деликатные вопросы обсуждаются начистоту. Так что к сексу у меня отношение более чем адекватное, но теперь, когда он встречается в одном предложении со словом «дочь», у меня начинает дергаться глаз.

Давать пустые обещания, себе в особенности, мне уже тоже как-то не комильфо. Раз уж я заикнулась когда-то, что хочу написать книгу, деваться некуда – придется писать. И дело даже не в обещаниях или самореализации – я просто хочу, чтоб мой ребенок мной гордился. И когда-нибудь на уроке, когда дети фуд-фотографов, Instagram-блогеров и владельцев шоу-румов закончат рассказ о своих родителях, моя дочь с ноткой восхищения в голосе скажет: «Моя мама – писательница».

А ведь раньше я всегда посмеивалась над мамами, которые чересчур мамы. Ладно, вы меня раскусили, я по-прежнему делаю это, но, как видите, пишу вовсе не о политике, сексе или звездной жизни. Я крепко уповаю на то, что тематика моих текстов не является симптомом превращения в «слишком маму». Поэтому торжественно обещаю, что когда снова начну наведываться в питейные и увеселительные заведения, настучу вам материал о доморощенных светских львицах или надежных способах хорошо погулять и не стать звездой YouTube к полудню.

Мама лучше знает: почему материнство - это круто

Чому годувати дитину грудьми в громадському місці – це нормально?

Грудне годування в публічних місцях: природно чи непристойно?

Загрузка...